Фэнтези

Августейший монарх думал, что балагур и шутник будет служить ему целую вечность. Но за моими улыбками и кривляньями скрывался четкий план добывания свободы. Я воспользовался ошибкой светлейшего господина и ринулся за пределы дворца.
Возмездие не заставило ждать. Я на долгие годы канул в безвременье. Однако теперь пришло время возвращаться и наводить веселье!

Художественный мир цикла «Арлекин» обладает масштабностью и индивидуальностью. Случайному читателю может быть трудно быстро разобраться в тонкостях авторской вселенной. Настоящий глоссарий – понятный путеводитель по любимым книгам!
Откройте для себя отдельную планету, ее законы и экспрессивных обитателей. Отправляйтесь на «знакомство» с известной литературной серией более подготовленными.

Я неустанно веселил капризного монарха, нарочито делал безумства на потеху публики. Скоморох-убийца – очень странное сочетание для одной личности. Добавьте еще, что от клоуна веет ноткой грусти из-за отсутствия свободы и возможности выбора.
Ошибка господ принесла мне долгожданную волю. Я столетия провел в безвременье, чтобы переродиться в новом мире.

Я был императорским скоморохом – безжалостным киллером с клоунской улыбкой. Но находиться в тени вельмож, выступать для их смеха и веселья – это не нравилось мне. Я обрел свободу после скоропостижной гибели. Цена независимости оказалась слишком высокой.
Сотни лет, проведенные в небытие, не отбили у меня желания жить. Я возвращаюсь в обновленный мир уже без оков и цепей.

Император был решительно убежден в моей лояльности. Но опрометчиво доверять скомороху, который находится в неволе. Я скинул рабские цепи, на короткое мгновение ощутил опьяняющую свободу. Однако ценой за обретение независимости стала моя смерть.
Я долгие годы провел в безвременье и пустоте. Но теперь я возвращаюсь в мир, надеясь возродить свой собственный клан.

Я получил независимость после многолетнего заточения в императорском дворце. Придворные снобы любили мое остроумие, нарекли шутом и весельчаком. Я мог безнаказанно расправляться с врагами – это считалось частью моих фееричных «выступлений».
Но цепи несвободы рухнули с моих запястий. Я пережил смерть, но вернулся на планету для новой жизни – вольной и хмельной.

Фиона была травницей. У бабушки был ведьминский дар, но не у нее. Но она живёт тем, что собирает разные полезные травы в лесу и помогает людям. Она и подумать не могла, что однажды в ней проснется настолько сильно дар, что она не сможет обуздать его в одиночку. На ее голову посыпались неприятности. Фиона чуть не погибла в пожаре. Ее не спас, а выкрал оборотень, с которым она была вынуждена заключить сделку, чтобы справиться с даром. А тут ещё ее сердце оказывается под угрозой, ведь она не способна устоять перед его янтарными глазами. Настоящая любовь может оказаться самым сложным и опасным испытанием.

Пусть я сирота, но все же, но совсем обычная, ведь у меня есть дар к усмирению магии, а это делает меня ценной… для противного алхимика. Я вынуждена на него горбатиться, потому что иначе неподъемный долг просто не отработать. Впрочем, желанная свобода совсем близко - но все мои планы рушит неожиданный визит. В замок приезжают не просто орки, а наследники кланов.

Оказавшись в средневековом мире после того, как летел и считал мелькающие плиты перекрытий, я не думал, что новая жизнь будет такой интересной. Опасной, полной непонятных знакомств и постоянного преодоления, но интересной. Мне нравится балансировать между Созданием и Разрушением, нравится выполнять невыполнимые задачи и работать в команде. Да, я по-прежнему живу в деревне на переднем крае обороны от тварей, но мне парадоксальным образом нравится даже это. Я уже начинаю понемногу забывать и о прошлой жизни, и о системе, которая периодически угрожает мне смертью. Но умирать я точно не собираюсь.

Вот такая у меня теперь жизнь - не только стройка, но и постоянные тренировки, соблюдение баланса между Созиданием и Разрушением и ненадежные эксперименты. Впрочем, по сравнению с тем, что я уже однажды умирал, а потом очнулся в новом мире и с новыми непонятными способностями, это - ерунда ерундовая. В строительстве у меня становится все больше помощников, местные мне верят, так что жизнь существенно упростилась. Но и вызовы появляются все новые и новые, так что приходится соответствовать. Конечно, меня о таком не предупреждали, но так-то и никого не предупреждают, что он умрет и воскреснет.

Оказывается, вся деревня в курсе, что я практик, так что теперь можно не вести себя, как мышь под веником, а строить в полную силу. К чему была вся эта конспирация - я и сам теперь не пойму. Как не пойму и то, как я так быстро привык к этому миру и к этим людям. Жуткое средневековье, особенно по сравнению с миром, где я родился и где умер прежде, чем попал сюда. Да еще и живу в деревне на самом пограничье, где твари всякие лезут и лезут, так что работы у строителей никогда не убавляется, а только прибавляется. Впрочем, помощников у меня тоже заметно прибавляется, хотя и не все они, прямо скажем, одинаково полезные.

Я оказался в чужом теле, да еще и в средневековом мире. В своем я умер, это я понял даже без навязчивой системы, которая твердит мне, что я должен становиться все сильнее или сильнее, если не хочу умереть снова. Да я так-то и сам от второго шанса отказываться не собирался. Мой путь начинался с обычной печки, которую нужно было сложить по всем правилам и как можно быстрее - и вот я уже строю вышки, которые будет проверять на прочность самый придирчивый заказчик - война. Это значит, что от того, как я все сделаю, будут зависеть жизни стражников и всей деревни. Впрочем, я и так не привык халтурить, так что главное - чтобы не мешали.

Если бы меня спросили, как я оказался в это средневековом мире, я бы честно ответил, что не знаю. Последнее, что я помнил до того, как очнуться перед несложенной печью - это падение и мелькающие мимо плиты перекрытия. Ну и еще немного кусков бетона. Теперь же мне следует поспешить и до возвращения заказчика сложить-таки печку. Спросите, откуда я это знаю? От системы, которая говорит о том, что вот этот я в чужом теле имею все шансы умереть во второй раз, а спастись от смерти могу только в том случае, если у меня получится обрести новые способности. А потом еще раз, и еще раз, снова и снова. Весело? Не очень.

Я искренне думал, что умру. Думал недолго - пока вместо всей прошедшей жизни перед глазами неслись куски бетона и плиты перекрытия. но мысли о смерти все же были, поэтому я очень удивился, когда понял, что жив. Правда, жив в каком-то средневековом мирке, где моя задача - сложить печку так, чтобы заказчик остался доволен. Впрочем, это все-таки вторая жизнь, так что жаловаться я не собираюсь. Нет, немного все-таки пожалуюсь, ведь здесь существует некая система, которая угрожает мне смертью, если я не стану сильнее. Причем чем быстрее я это сделаю - тем лучше для меня же. А умирать второй раз как-то не хочется…

Я быстро понял, что о предсмертных минутах нам все врали. Нет, может быть, есть счастливчики, у которых в этот момент перед глазами проносится жизнь. Я это допускаю, но сам к числу таких счастливчиков не отношусь - у меня банально пронеслись перед глазами куски бетона и плиты перекрытия. Правда, кое в чем я все-таки оказался счастливчиков - я не просто умен, а перенесся в новый мир. Тут я должен… сложить печь, причем заказчик уже скоро вернется. Оказался я, в общем, в каком-то Средневековье, да еще и есть некая система. Она говорит, что мне нужно стать сильнее или приготовиться болезненно умереть.